Марфушка-то квашня-квашнёй или пустоцветы нынче люди

Известный омский фитнес-тренер из клуба «Чемпион» и друган детства Витёк Базаров приглашает меня на концерт кемеровской группы «Макулатура». Реперы Евгений Алёхин и Константин Сперанский выступают в нашем омском баре по улице Карла Маркса 18/1. В итоге я получаю от Константина Сперанского неплохую книгу прозы «Пустоцвет» с автографом и подписью «Виктору от автора». Эту книгу в 500 экземпляров, выпущенную в Москве, без всяких рекомендаций больших писателей и профессоров-журналистов, оказывается, читал и мой товарищ по спортивному цеху Виктор Базаров – только в электронном виде. Проза эта о детстве и юности автора, об окружающих его людях и проблемах, которые он считает насущными в данный момент. В двух словах о книге не расскажешь, поскольку она затрагивает струны моей души. Читая «Пустоцвет», я вижу себя, но в другом измерении: я меланхоличен, нетерпелив и меня не любят, как нежеланного ребёнка!

Сознаюсь: мне не нравится тон прозы Костика Сперанского, человека, не привыкшего бороться, а лишь плыть по течению. Возьмите Виктора Астафьева, Эдуарда Лимонова или Генри Миллера – сами люди или их герои даже в своей сублимации стараются превзойти некие разрушительные процессы, происходящие в обществе и в периоде жизни. Сперанский также не жалуется на жизнь, а констатирует факт, что его не любят ни воспитатели, ни учителя в школе. Этот автобиографический герой неудачник по жизни, не понимающий многие вещи – по крайней мере, мне так представляется в начале прозы «Пустоцвета». Воспитательный и учебный процесс у него заторможенный, как у ребёнка с ЗПР. Не получается даже нормально поговорить с воспитателем или учителем – это слабый и словно недоношенный мальчик с грандиозным комплексом неполноценности. Уличные босяки-шкуляны забирают у него мелочь, а токсикоманы из теплотрассы пугают, как отряд «Черепов» из крутой видеоигры «Metal Gear Solid», которую я сейчас прохожу!

Но пишет рабочий парень Костик просто – краткими предложениями, где нет сложных бунинских метафор и сравнений, нет и сочных стейнбековских описаний. Костя пребывает в закутке жизни, когда нужно заявлять о себе простенькими вещами, типа готового домашнего задания или грамоты-победы в конкурсе знаний и навыков. Я не говорю об интенсивной тренировки мышц или ловкости, где он уступает средненькому и нахальному подлецу-скороспелке. В гущу последовательных событий Костя Сперанский погружает читателя непосредственно – чёткими выражениями, благодаря абзацам, насыщенным действиями и перечислениями. Рассуждать и самому размышлять, скажем, об успехе и планах на будущее Косте препятствуют честолюбивые мечты одноклассников. А просто более успешные соседи его не замечают, потому что всё время торопятся и некому подсказать. Родители у Сперанского возрастные, но отец имеет проблемы с психикой и регулярно попадает в психиатрическую лечебницу, не понимает ребёнка, словно не видит его. Единственной кормилицей в семье является мама, но много она не зарабатывает, поэтому Костик ходит в обносках, как Босоногий Гэн из старенькой аниме-драмы 1983 года. 

Костя-репер, складывающий фразы в образы, и Костя-писатель, рассказывающий о своих неудачах в простенькой прозе – это два разных человека со своими задатками и потребностями. Сложно сравнить одного и того же человека в разных ипостасях. Необходимо всегда присматриваться и задумываться всерьёз, но быстрое течение жизни не позволяет это сделать сразу, как если бы вам довелось стать ниндзя, не получив базовый навык шпионажа. Читая прозу Сперанского, я страшно хочу схватить его за шкирку и вытащить на свежий воздух, на солнышко, чтобы тот, во-первых, подышал полной грудью, а во-вторых, разглядел свои поступки в другом освещении.

Я привык наблюдать за сильными людьми и вести за собой – хоть со скамьи детского сада, хоть в школе, где работаю учителем английского языка. И сейчас, когда веду паблик в социальной сети «Вконтакте» https://vk.com/moy_nakama: мне интересны, прежде всего, собственные движения в данной сфере возможностей. И как эти вещи коррелируются с тем, что уже смогли сделать более успешные и видные люди, такие как Денис Цыпленков, Кирилл Сарычев, Александр Невский или какой-нибудь Захар Прилепин, далёкий от спорта и соревнований человек. Как люди совмещают свою профессиональную деятельность с тем, чем они занимаются на досуге!?

На протяжении долгого времени остаётся великим секретом для Константина Сперанского то, что люди могут быть успешней лишь потому, что они делают по утрам зарядку или работают больше, чем он. Туманностью Андромеды или камнем преткновения для него является то, почему его попросту не замечают, хотя он старается, как может. Да потому что у других людей свои цели, надежды и мечты, идущие вразрез с тем, чем в данную минут занят и чем живёт сам этот творческий человек Костик Сперанский.

Звёзд Костя с неба тоже не хватает, как Холден Колфилд из романа Сэлинджера «Над пропастью во ржи». Не материться, как блогер и репер Юрий Хованский, а двигается планомерно, как среднестатистический стереотипный персонаж из аниме. Сперанский – не резкий и чёткий Кен Канеки из «Токийского Гуля», подрывающий устои сложившегося порядка в обществе. Не брутальный и жестокий Гатс из «Берсерка» – огромный меч Сперанскому не позволят поднять его хилые мышцы. Но Сперанский и не Кинтаро Оэ из аниме «Голден бой», бегающий за каждой юбкой, колесит по стране в поисках приключений лишь с группой «Макулатура».

Не сказать, что герой «Пустоцвета» Костя Сперанский пропащий человек. Он развивается дальше по сюжету автобиографических заметок или романа? Вырастает и занимается спортом, думает об искусстве и творческой интеллигенции, словно классики. А вскоре – я вижу его в баре на известной улице имени Карла Маркса, где он читает реп вместе с Женей Алёхиным, выстёбывая нашу реальность, как то, где мы постоянно воюем или пытаемся скрыться от работы, чтобы отдохнуть и помечтать о лучшем!

Размышления и рассуждения – не конёк прозы Костика Сперанского. В «Пустоцвете» вы не найдете философствований на тему, когда наступит звёздный час и что нужно сделать для этого. Есть в Кемерово и другие более популярные писатели и графоманы, нежели Костя Сперанский, однако к ним браток не обращается за помощью – то ли он боится прослыть слабаком, то ли сам жаждет выбраться на свет, сказать трудно, однако ни в одном союзе писателей этот человек не состоит и ни одной рекомендации не имеет. Более того, маститые писатели, печатающиеся в «Огнях Кузбасса» и «Голосах Сибири», редактора, пересылающие друг другу произведения, знают его мало. Дмитрий Мурзин и Сергей Донбай «Огни Кузбасса», супруги Ибрагимовы, издававшие в Кемерово хороший журнал «После 12», о нём не рассказывают. Чураются светские кемеровские авторы этих маргинальных и матерных исполнителей, хотя в журнале «Вольный лист» Ивана Тарана проза Костика Сперанского пошла бы, как по маслу. Приняли бы его и в омском литературном издании неформалов «Водолей».

Едва ли слышат и слушают Костика Сперанского местные журналисты – он забирается на небоскрёб, точно ошалелый и недоношенный Кинг Конг, а там, на крыше, ловит и ломает вертолёты, пытающиеся его победить. Маленький Кинг Конг Костя часто сражается с огромной и злой Годзиллой в виде общественности – не всем администраторам барных площадок нравятся матерки группы «Макулатура». Нередко им отказывают и часто аудитория остаётся без внимания, как это случилось у ребят в Иркутске. Но Костик не унывает, а продолжает бороться словом. И правильно делает – не лучше ли привлекать внимания народа, размахивая руками, создавая реп, чем сидеть без дела и стенать? За это я Костика уважаю!

Проза – прозой, не всем пойдёт её манера и не всё в ней для Сперанского потеряно, но реп сочинять и привлекать внимания своим талантом этот браток умеет. Вместе с Женей Алёхиным они принимают в подвальное помещение бара пёструю молодёжь, которая неустанно дует ароматный вейп и «заряжается» алкогольными энергетиками, чтобы магически орудовать распальцовкой, словно навеселе ведьмаки из Каэр Морхена или бешеные зомбаки-мистики из видеоигры «Сайлент Хилл».

Ах да, Костик Сперанский матерится не только в баре, читая реп, но и в прозе «Пустоцвета». Он часто использует обсценную лексику: героя матерят учителя и воспитатели. Даже на улице наказывают матерным словом за то, что «бро» неправильно посмотрел на них. Однако необходимо отдать ему должное – он честен с читателями и с самим собой. Пишет, не украшая себя и события, как, например, делает Захар Прилепин, не врёт и не боится прослыть «абобусом», как обзываются дети в начальной школе. Костя – человек элементарный и словно деревенский: за что купил, за то и продаёт! Этим он мне импонирует, хотя я и ругаю его за безалаберность литературного героя. За некую неспособность преувеличить собственную значимость в глазах наблюдателей.

Автобиографический персонаж Сперанского ни к чему не стремится и не борется против системы, как Лимонов – не понимает её. Не возводит Костяша воздушных замков и не перевоплощается в Хаула, героя великих аниме Хайяо Миядзаки, чтобы взмыть на чёрных крыльях мести. Ну взял бы браток и написал, что собрал команду малолетних бандитов-чуфанов и напинал своим обидчикам, как было в сериале «Слово пацана». А Костя шкерится, как Маратка, завязывая шнурки за грязной машиной, прячется от Кощея, которого здорово сыграл Никита Кологривый. Ничего страшного, братан, размышляю я, читая прозу «Пустоцвета», такие честные и пустодырые квашни-Марфушки, как ты, нужны стране. Иначе, как мы, учителя, тренеры и члены Союзов писателей России, разберём, стоит ли допускать тебя в интеллигентные круги сильных и умных мира сего!?

Встань, Костя, с колен ожидания и апатии в своей прозе, преодолей страх и слабость, как ты бесстрашно вместе с Жекой Алёхиным читаешь реп на площадке перед студенческой молодёжью. Восстань, как птица Феникс из популярной видеоигры «Последняя фантазия 7» – пиши, как бард Лютик из «Ведьмака», дерзко и нахально, чтобы побоялись упрекнуть. Иначе какой-нибудь омский учитель, писатель и журналист, любитель аниме Виктор Власов получит твою новую книгу и снова легко победит тебя, как Майк Тайсон побеждал своих противников в молодости.

А «Пустоцвет» может означать однополый (мужской) тычиночный цветок. Обычно так называют цветки, у которых по каким-то причинам не произошло опыление и оплодотворение. Никакой Костя Сперанский не «пустоцвет», а творческий человек, чья деятельность заметна и востребована – об этом свидетельствуют многие ссылки на группу «Макулатура» в интернете. Так или иначе Сперанский и Алёхин приносят пользу обществу, даже если и матерятся в репе. Не зря Сперанский этак называет свою книгу: «Пустоцвет» – это также роман русского писателя Владимира Тихонова (СПб.,1899) и рассказ русского поэта и прозаика Валерия Брюсова (1912).

Виктор Власов