От главного редактора, номер 97, апрель 2015

В этом номере я считаю одним из самых интересных — материал Татьяны Жариковой «Наука ненависти», подготовленный к 70-летию Победы.

Когда я учился в школе, основной причиной поражения наших войск в первые месяцы войны называли вероломное нападение немецких войск. Нам не говорили, что на СССР напала вся Европа, скрывали то, что воевали против нас Румыния, Венгрия, Чехословакия, Болгария, ведь это были страны социалистического лагеря. Неудобно было обижать друзей.

 

Не говорили нам и о благодушном отношении к немцам местного населения Белоруссии и Украины в первые дни войны. Ведь они уже были под немецкой оккупацией всего 23 года назад — в 1918 году. Хорошо помнили добродушных немцев и считали, что и теперь они такие же. Ничего, мол, переживем.

 

А вот эту причину, может быть, основную, из-за которой в первый же месяц войны в плену оказался почти миллион советских солдат, я узнал совсем недавно из воспоминаний Ильи Эренбурга, процитированных в статье Татьяны Жариковой. Вот что он вспоминал: «В начале войны у наших бойцов не только не было ненависти к врагу, в них жило некоторое уважение к немцам, связанное с воспитанием и преклонением перед немецкой культурой. Помню тяжелый разговор на переднем крае с артиллеристами. Командир батареи получил приказ открыть огонь по шоссе. Бойцы не двинулись с места. Я вышел из себя, назвал их трусами. Один мне ответил: «Нельзя только и делать, что палить по дороге, а потом отходить, нужно подпустить немцев поближе, попытаться объяснить им, что пора образумиться, восстать против Гитлера, и мы им в этом поможем». Другие сочувственно поддакивали. Молодой и на вид смышленый паренек говорил: «А в кого мы стреляем? В рабочих и крестьян. Они считают, что мы против них, мы им не даем выхода…». Меня страшили благодушие, наивность, растерянность. Я помнил «странную войну» — торжественные похороны немецкого летчика… Война — страшное, ненавистное дело, но не мы её начали, а враг был силён и жесток. Я знал, что мой долг показать подлинное лицо фашистского солдата».

 

Потом Илья Эренбург напишет свою знаменитую во время войны статью «Убей!», слова из которой «Убей немца!» станут лозунгом для советских солдат.

 

Европа и США давно уже готовят против нас новый поход. Мы стоим на пороге войны. Но у большинства из нас такое же благодушное и наивное отношение к просвещенным европейцам и американцам, как и у тех парней, о которых рассказал Эренбург. Представляю, что они пережили в фашистском плену, когда менять своё мировоззрение было уже поздно.

 

 

Пётр Алёшкин