Одинокая сорока

Николай Переяслов,

Марина Переяслова

О произведениях Юрия Оноприенко

 
Как правило, книги избранной прозы традиционно составляются у нас из произведений одного «формата» — романов, повестей или рассказов. А вот «Одинокая сорока» представляет собой этакую жанровую «солянку», куда вошло все написанное автором за некий «отчетный» перед читателем период— тут и пьеса, и новеллы, и повесть, и поэма, и рассказы, и публицистика, и даже так называемый «досыл» (как назвал его сам автор) в виде очерка…
Плохо это или хорошо, когда книга являет собой такую эклектику? Да, наверное, нормально Ведь это говорит только о том, что перед нами не «узкоцеховой» специалист по какому-то одному виду литературного творчества (скажем, исключительно по стихам или рассказам), но писатель, работающий в самых разнообразных направлениях, и как он посчитал нужным предстать перед читателем, так и сделал. Во-первых, он имеет на это полное право, а во-вторых, главное-то — чтобы книга получилась настоящая и была востребована читателем. Ведь Юрий Оноприенко человек в литературе не начинающий, он автор уже семи книг, лауреат Всероссийского литературного конкурса имени В.М. Шукшина и Всероссийской премии имени И.А. Бунина, и ему есть что сказать своему читателю.
К примеру, давшая название всей книге повесть «Одинокая сорока» с первых же строчек берет читающего за самую душу, пробуждая в «забаррикадировавшемся» сегодняшнем человеке глубоко упрятанную тоску о самом «нерентабельном» чувстве нашей рыночной эпохи:
«Ясная моя, как же я верил в любовь… Что же ты? Зачем повторяешь меня?» «Ночь была длинна, как исповедь, и рядом спала девушка, смертельно влюбленная в седова. она была вдвое моложе и в стократ чище его, угрюмого мизантропа. и она не отпускала его уже третий год…» Если браки, как гласит народная мудрость, совершаются на небесах, то и любовь — счастливая или мучительная, а то и вовсе безответная — тоже есть Божий промысел, посылающийся человеку для взросления! его души, кому — в юные годы, а кому — так уже и в зрелом возрасте. «Любовь нас выбирает», — пелось в одной хорошей песне советской поры. Вот и герои «Одинокой сороки» Седов и Аня избывают свою любовь, как им Бог на душу положил:
«Седов смотрел на хрустальное лицо Ани, и древнее сердце его давало сбои. Нежность и тоска — чувства, одинаково пошло звучащие, когда их облекают в слово, — эту затерзанные говорливыми людьми нежность и тоска не давали Седову спать. Он с содроганием вспоминал время, когда ему тоже было двадцать и когда он влюблялся до обморока, до озноба в висках. Его любви пугались…»
История любви Седова и его юной подруги написана на обнажённом нерве, предельно открыто и честно, и в этом её главное достоинство и оправданность. Эта повесть — точно спасительная соломинка для тех, кого Господь наградил такими же трепетными и страстными сердцами, как у необыкновенных героев повести, и кто мучится своей непохожестью на большинство сограждан. Потому что ненормальны — именно те, кто утратил в себе способность любить по-настоящему, а Бог как раз и создал человека для любви. И задача настоящей литературы, которую наследует Юрий Оноприенко — возвратить человеку то, что ему было однажды даровано Самим Создателем.