И от этого хочется жить

«Ах, Самара-городок!» — вот что я слышу всякий раз, когда кто-либо узнает о моей Родине, которая отчасти обделена общественным вниманием, но, несмотря на это, на территории которой протекает величественная река символ России. И в Год культуры я бы написала книгу о Волге. О своей Волге. О реке, которая на протяжении многих лет питает мои силы, при взгляде на которую я ясно осознаю: хочется жить.

***

Конец октября. Некогда жаркое солнце ослабило свой пыл: от него теперь осталось только всепроникающее оранжевое тепло, которое питает каждую клеточку тела, не скрытую под одеждой. Смотрю из окна своего дома на Волгу: синяя, динамичная. Усилившиеся порывы ветра даже придали ей оттенок суровости, но для меня она по-прежнему прекрасна. Теплые блики на поверхности воды гипнотизируют, манят. Через пару часов вся моя семья отправится на закрытие сезона: последний раз в этом году мы сядем в катер и пересечем по воде такие знакомые и всем сердцем любимые места. Последний раз в году я опущу руку в уже предательски остывшую воду и почувствую живительную влагу кожей. Расставаться с Волгой не хочется, но уже через несколько месяцев она снова примет в свои объятья. И от этого хочется жить.

 

***

На улице не меньше — 20°, но на набережной, под резкими порывами ветра, кажется, что все — 45°. Шерстяные слои одежды не защищают от сурового мороза, особенно кусающего пальцы рук и щеки. А Волга… она сегодня особо холодная, негостеприимная, застывшая. Но даже под многосантиметровой толщей льда она таит в себе жизнь: в частых прорубях то и дело виднеется плеск рыбьего хвоста. Я продолжаю движение по набережной и спустя пару минут осторожно ступаю на замерзшую реку. В эту минуту она поистине монументальна, только свежий снег жадно хрустит под ногами. Останавливаюсь и бросаю взгляд вдоль Волги: бесконечна. Правильные линии берегов и февральский холод заключили ее в белый плен, превратив на зимние месяцы из жемчужины края в ледяную королеву. Но даже сквозь этот, казалось бы, мраморный холод чувствуется волжское тепло, которое не скрыть твердыми слоями черного льда. Ведь это моя Волга. И от этого хочется жить.

 

 

***

Воздух в парке N сегодня особенно чист: в нем уже чувствуется приход весны, я жадно вдыхаю его, питаю уставшую от многомесячного холода кожу юным солнцем. В любимом секретном лесном уголке я неспешно прогуливаюсь по оживающей и мягкой от недавнего дождя земле. Всякий раз я возвращаюсь в это место из-за его приятной отрешенности от внешнего постоянно бурлящего мира и неповторимого вида на Волгу. Совсем скоро закат: река надевает свои самые впечатляющие одежды из необъятного спектра цветов. Волга на глазах расцветает, пришла весна – ее время. Я спускаюсь на галечный полузаброшенный пляж и располагаюсь на покрывале рядом с берегом: в этой природной тишине прохладного апрельского вечера мне хочется просто наблюдать за водой. Ветра нет, практически полный штиль, но редкие мягкие порывы его все же пускают слабую волну, которая заботливо окатывает влажные камни и создает неповторимый звук плеска воды, который можно услышать только в некоторые глухие весенние вечера. Этот вечер с его прохладой и свежим запахом оттаявшей воды воистину приводит меня в чувства после зимней спячки. И от этого хочется жить.

 

***

Жара. Я уже давно перестала считать постоянно растущие градусы, только чувствую, что мне срочно необходимо действенное лекарство от них. По пылающему песку, обжигающему ступни, я добегаю до песка мокрого. Волга дышит свежестью, только она может вернуть к жизни в эти беспощадно жаркие июльские дни. Зайдя в воду по колена, я пытаюсь заглянуть вглубь: живая, манящая река цвета индиго. Ждать больше нет сил, и я с головой погружаюсь в нее. В ту же секунду чувствую, как просыпается мое уставшее от солнца тело, как приходит в норму мутнеющий от духоты рассудок. Я открываю глаза: сквозь синюю таинственную глубину пробиваются желтые лучи солнца, освещая реку изнутри. На поверхности это солнце мучает, душит, но здесь, в охлаждающем одеяле Волги, оно не страшно: моя река меня защищает. И от этого хочется жить.

 

 

Краткая справка об авторе:
Виктория Дрей, 20 лет, студентка факультета журналистики СПбГУ