Письмо героя

Текст записала Ирина Горшкова

                                                      Как мало их осталось на земле,

                                                      Не ходят ноги и тревожат раны,

                                                      И ночью курят, чтобы в страшном сне,

                                                      Вновь не стреляли в них на поле брани.

                                                                                                           Эдуард Учаров

В 1941-м мне было 24 года. Навсегда испорченная юность, поникшие цветы, огненное небо и кругом запах крови… Изначально никто не понимал, насколько все серьезно и как долго затянется война. Я в то время работал на заводе в городе Перми. Здесь я и познакомился с Марией, которая в будущем стала моей женой. Это была любовь с первого взгляда.

Жили мы неплохо, не богато конечно, но нам хватало. В тот год была чудесная весна — все цвело и пахло.  Как только этот ирод  Гитлер мог ее опорочить? Матери моей к тому времени уже не стало, и она не видела ужаса войны. Отец мой пошел добровольцем на фронт, там же и погиб в 1943 году. Мне же посчастливилось остаться в живых, пройти через этот ад.

Первые дни войны пролетели быстро. Мария пошла работать в госпиталь, я ушел на фронт. Стал младшим лейтенантом. У меня были не совсем обычные солдаты — я командовал  штраф-ротой. Штраф-рота — это заключенные, которые были призваны на фронт после объявления войны. Бравые ребята, могу вам сказать. Чего только не было в бою — никогда не унывали. После войны многие спрашивали меня, легко ли было управлять такой ротой. Да, легко — они всегда держались молодцами! Что бы я ни приказал — всегда все выполняли. А как петь любили, прямо хлебом не корми — дай только спеть! Помню, сидим в окопе, а через три метра немцы, шуметь нельзя. Мы тихонечко запоем, вроде и не шумно, но как-то сразу на душе легче. Немцы к нам совсем близко подходят и говорят: «Русиш, пой, мы нападать не будем, ты только пой». Больно уж им наши песни нравились. Мы всегда про родину, про дом пели — про то, чего нам так не хватало.

Много всего случалось. Помню, как перестрелка была, как пуля по руке задела. Солдатики-то мои не растерялись, все сделали как надо — через неделю я уже в окопе сидел «здоровехонький».

Так шли год за годом, похоронки летели за похоронками. Сколько их тогда родных там лежать осталось, одному богу известно. А как все жизнь они любили: кто про доченьку свою расскажет, кто про жену. И на следующий день Бог к рукам приберет. Порой сам о смерти молил… В роте у меня был молодой мальчишка, лет двадцати. Рассказывал, как его посадили несправедливо, за мужа сестры. Пьяный муж начал было жену избивать, а он вступился. А тот большим человеком оказался, вот мальчугана и посадили. Рассказывал, как его мать немцы в сарае заживо сожгли, а сестренку маленькую изнасиловали. И какой он тогда ненавистью воспылал к фашистам, каждый раз шел в бой, как в последний раз. И немало их таких было. Тяжело это все вспоминать, но и забыть невозможно. Так шли военные годы, вся земля кровью пропиталась.

И вот май 45-го. Никогда не забуду тот день, когда по радио объявили о нашей Великой Победе. Счастье и горе шли рука об руку. Матери ждали своих сыновей, жены — мужей, дочери — отцов. Меня ждала Маша. Сколько раз я представлял, как мы встретимся с ней, как она обнимет меня, расцелует. Как потрепала меня война, и казалось, что в зеркале я — не  я. Но Маша ничего не замечала, как будто и должна быть эта седина. Потом начали появляться дети, и началась новая жизнь, другая жизнь, совсем не похожая на прежнюю. Много лет прошло с того времени, и Марии моей уже со мной нет, но до сих пор по ночам я слышу пулеметы, взрывы гранат, вижу моих товарищей. Это навсегда останется со мной в моих снах.

У меня дома было много наград, но в 2005 году мужчина, представившись, что он из администрации, приходил их переписывать, после чего я обнаружил, что наград нет. Мне не нужны килограммы золота и всемирной славы,  но это была моя память. Память о тех, кого уже нет. Сейчас я живу далеко от места боя — в городе Бугуруслане Оренбургской области. Там, куда приходили треугольные конверты с фронта, в «городе надежд».

Вспоминаю и говорю всем вам: «Не дай Бог пережить то, что пережило наше поколение. Будьте благодарны и счастливы, наслаждайтесь жизнью и не забывайте про тех, кто ради вас ею пожертвовал».

…Александру Семеновичу Власову в этом году исполнилось 94 года.