Анна Калашникова: «Гореть и не пытаться — это самое страшное»

Послужной список актрисы Анны Калашниковый весьма внушителен, и он регулярно растёт. В 17 лет Аня приехала в Москву из Пятигорска, поступила в авиационный университет, погрузилась в учёбу… казалось бы, какое тут кино?! Но она сумела связать свою жизнь со съёмочной площадкой. Секретами правильного подхода к карьере и творческому развитию актриса делится с читателями «НМ»

— С чего начиналась ваша творческая жизнь?

— Я, как и многие, сначала снималась в массовках, эпизодических ролях. Это были не очень заметные моменты в кино, но для меня они весьма значимые. С каждой такой «ролью» крепла моя уверенность в себе.

— Но и эти роли тоже с чего-то начинались. Где вы их находили?

— Как и всё другое в то время, роли можно было найти по объявлениям… на стенах подъездов, на столбах. Я приехала в Москву из Пятигорска, поступила в МАИ, освоилась немного и начала «охоту» на возможности. Однажды нашла бригадиров, которые набирали актёров, и, как говорится, «понеслсь». Несколько раз съёмки проводились на Мосфильме. В один из таких дней, освободившись раньше, я отправилась по студиям — везде оставляла свои фотографии и спрашивала, нет ли хоть какой-нибудь работы на площадках. Так вышла на центральную канцелярию К. Шахназарова, куда устроилась работать секретарём. Находясь постоянно на Мосфильме, я имела больше шансов: иногда кого-то из массовки на съёмочной площадке не хватало — я оказывалась тут как тут. Со временем появились и роли, и первые слова, и даже первые песни.

— Сложно было совмещать учёбу, работу и съёмки?

— Учиться было очень тяжело. Благо, я устроилась на Мосфильм в конце весны, перед летними каникулами. Все их я посвятила работе, а когда начался учебный процесс, стало сложно. Я изворачивалась, как могла: отпрашивалась с работы, пропускала пары, бегала на учёбу после работы (иногда у нас они были вечером, хотя училась я на дневном). Дотянула до ноября и ушла. Правда, к тому времени уже появились предложения в кино, рекламе… без работы я не осталась.

— Аня, а почему творческий человек поступил в авиационный вуз?

— Родители хотели, чтобы я имела стабильную профессию, которая бы была для меня опорой. А поскольку я окончила школу с золотой медалью, многие вузы были мне доступны. Выбор пал на МАИ, правда, на экономический факультет. Но параллельно никогда не оставляла желания связать жизнь с кино. После сдачи вступительных экзаменов, ходила по театральным вузам. Правда, везде опоздала: прослушивания начались с апреля месяца. Я попробовала, но шансы мои, естественно, были малы. Везде говорили: «Приходите на следующий год».

— Как родители относились к желанию стать актрисой?

— Быть актрисой — моя мечта с детства, и они об этом, конечно, знали. Откровенно говоря, их, государственных служащих, мои потуги настораживали. Родители считали, что творчество — замечательное увлечение, но никак не профессия. Но, несмотря на консервативные взгляды, они всегда меня поддерживали. В детстве я писала песни, романы, танцевала, рисовала.

— Неужели ваши попытки поступить в театральный вуз ограничились одной?

— Нет, я поступала ещё раз через год и, кстати, поступила. Но не пошла. Дело в том, что учёба в театральном вузе требует максимальной отдачи, полного погружения в процесс, а я в то время уже активно работала: модельные съёмки, кино, реклама — я потихоньку росла. Мне бы пришлось бросить всё, что уже было достигнуто.

— Когда-нибудь жалели об этом решении?

— Да, я жалела, но закончила МАИ с красным дипломом и сразу же после этого поступила в актерский вуз. Я много уделяла внимания именно творческому образованию. Учёба в российских университетах дала мне любовь к профессии, мастерство, общение с мастерами искусства. Это огромный, именно театральный опыт, но мне всегда была ближе киноиндустрия.

— Именно поэтому вы уехали в Америку?

— Честно признаться, посетить Америку — это ещё одна моя детская мечта. К тому же я — поклонник мирового кинематографа. Ни для кого не секрет, что голливудское кино — лучшее в мире. Мне очень хотелось поработать на их площадках, сравнить системы образования, посмотреть на профессию актёра с разных сторон.

— Столкнулись ли вы с языковыми проблемами? Всё-таки изучать язык и попасть в общество, говорящее на нём, — две большие разницы.

— Приехав в Лос-Анджелес, я испытала шок. Профессионально язык не изучала, но занималась им ещё со школы. Очень хороший уровень преподавания был в МАИ. То есть основа у меня была. Запланировав поездку в Америку за год, я целенаправленно практиковала английский: изучала языковые курсы, смотрела фильмы без перевода, читала книги, пыталась общаться с иностранцами. Сев в самолёт, я была абсолютно уверена в своих знаниях. Но, выйдя из него, столкнулась с огромной проблемой, имя которой «бытовая речь». Всевозможные сленговые выражения, присказки, обороты, сокращения. А поскольку я не просто общалась на английском, но и училась на нём, пришлось в ускоренном режиме восполнять свои пробелы.

— Удалось принять участие в американских кинопроектах?

— Актеры нашей академии на базе Universal Studio участвовали в съёмках рекламы, в небольших проектах начинающих режиссеров, предназначенных для закрытых показов. Не великие роли, но всё же. Чтобы получить их, мы проходили кучу кастингов — отбор даже здесь был строгий. У меня есть роль в фильме «Гангстеры Лос-Анжелеса» и другие работы. Удалось пообщаться и поработать и с известными режиссёрами, например, Бреттом Рэтнером (Brett Ratner — режиссёр, снявший трилогию «Час пик», «Люди икс. Последняя битва» и др. — Прим. ред.) и другими. С ним у нас планировался большой проект, но съёмки долго откладывались, а мне надо было возвращаться.

— И вы не остались?

— Очень хотелось остаться, и я тянула до последнего, несколько раз откладывала своё возвращение. Но в России меня ждала защита диплома — надо было ставить спектакль. В России же поступали и  предложения. Это был выбор между ожиданием и активной работой. И я выбрала работу. Но сегодня совсем не обязательно жить в Америке, чтобы тебя пригласили участвовать в американском кино. Cейчас много «мировых» проектов, в которых задействованы несколько стран, как раз в таком на днях мне предложили поработать. Что за проект, я пока рассказать не могу, но надеюсь, вы скоро о нём узнаете сами. Достаточно проявить себя в любой стране, и тебя найдут.

— В российском кино как у вас складывается творческая судьба?

— Я постоянно снимаюсь, крупные и не очень роли. Никогда не отказываюсь от «небольших» героев, если они мне нравятся и могут дать развитие, научить чему-то. Несколько ярких ролей в сериале «След», в сериале «Братаны 3», в «Паутине 6» очень интересная героиня — это из последнего. Но, мне кажется, роль, которая станет для меня лучшей, ещё впереди.

— Какой она должна быть?

— Она должна быть близка не только мне, но и людям. Хочется, чтобы они сопереживали героине, понимали её, поддерживали. Эта роль должна нести надежду, эмоциональный посыл, придавать силу зрителям. Возможно, героиня — историческая личность, оказавшая влияние на свою страну. В идеальном варианте это роль в музыкальном фильме, что-то типа «Чикаго», «Мулен Руж». Яркая, музыкальная, где я могу проявить себя не только как актриса, но и как певица. Я занимаюсь профессионально музыкой, второй год работаю над своим сольным проектом и скоро его закончу. При первой возможности я стараюсь совместить кино и музыку. Например, пишу саундтреки для ленты под рабочим названием «Кассир» режиссёра Романа Романовского. В этом фильме я играю роль, которая, я надеюсь, станет знаковой в моей карьере: роковая девушка, готовая ради идеи зайти очень далеко… А если понравятся и будут использованы написанные мною песни, моя мечта сбудется.

— В российском кино редко встречаются музыкальные фильмы. Не возникает желания определиться: или кино, или музыка?

— Думаю, что жизнь сама расставит все точки над «i». Я стараюсь не форсировать события. Возникают предложения, я выбираю те, что мне интересны, в которых я могу отличиться от остальных. Мне кажется то, что нужно именно мне, я никогда не пройду. По крайней мере, стараюсь не пройти.

— Вы также занимаетесь благотворительностью. Сегодня многие публичные люди связывают свою деятельность с помощью нуждающимся. Почему это сделали вы?

— Я начала этим заниматься давно, не будучи хоть сколько-нибудь публичной. Жизнь меня свела с людьми, для которых благотворительность — не мода, а часть жизни. Общаясь с ними, я зарядилась невероятной энергией, поняла, что хочу и могу помогать. Теперь работаю с фондом «Весна в сердце» и реабилитационным центром «Благодатное небо», мы помогаем детям, страдающим церебральным параличом, а также их мамам. Эти дети — удивительные, талантливые, способные, открытые. Сложно описать словами. Главное, что каждый может почувствовать это и помочь им.

— А вам не хочется своих детей, замуж?

— Очень хочется. Но вопрос этот сейчас открытый. Совсем недавно я рассталась с человеком, который ставил меня в жёсткие рамки. Теперь ищу спутника жизни, который будет уважать меня, моё творчество, не диктовать условия, а помогать и поддерживать. А детей я хочу трёх.

— Что вы посоветуете молодым ребятам, стоящим в самом начале своего пути?

— Нужно для себя понять одну простую вещь: жизнь длинная, в ней много этапов. Но пока вы горите какой-то целью, ею надо заниматься, испытать все шансы. Вернуться в обычную жизнь, на обычную работу можно в любой момент, но сначала надо упорно искать и пытаться. Все преграды, которые вы встречаете на пути — вовсе не преграды, это опыт, который чему-то вас учит. А если через несколько лет всё-таки сдадитесь, вы сможете смело сказать самому себе, что, по крайней мере, я сделал всё, что мог. Гореть и не пытаться — это самое страшное, что можно придумать.

 

Эльвира Ислямова