«МУРЛОВ, ИЛИ ПРЕОДОЛЕНИЕ ОТСУТСТВИЯ»

Виталий ЗЕЛЕНСКИЙ

Роман Виорэля Ломова «Мурлов, или Преодоление отсутствия» публиковался в шести (!) номерах журнала «Сибирские огни» за 2000 год (случай в практике этого старейшего издания беспрецедентный, а в журнальной истории — редчайший).
Это необычный роман, роман-миф, притча, роман-фантасмагория. Роман-путешествие не только по временам и континентам, но и путешествие человека в поисках самого себя, своего места в жизни. Роман буквально всем, даже парадоксальностью своего заголовка, словно рыболовным крючком, цепляет и не отпускает читательского внимания.
Роман шире рамок, очерченных требованиями конкретной номинации. Это и любовная мелодрама, многие герои которой, и прежде всего Дмитрий Мурлов и Фаина Сливинская, попадают в самые сложные и запутанные жизненные обстоятельства; это и семейная хроника Мурловых, Сливинских, Нелепо; это и роман воспитания, в котором удивительно тонко переданы проблемы наследования нравственных и культурных ценностей в семье; это и романтический роман о становлении чувств многих персонажей; это, наконец, и роман-путешествие, на протяжении которого четыре главных героя Мурлов, Рассказчик, Боб и Борода попадают в самые экзотические и мало исследованные регионы планеты. Достаточно назвать хотя бы Афины времен Сократа, средневековый замок времен Данте, Австралию середины девятнадцатого века или некое отражение всей России город-миф Галеры. При чтении романа невозможно отделаться от ощущения подлинности событий, их видишь, как в документальном кино. Те же страницы, которые на первый взгляд воспринимаются как элементы фантастики или мистики, по мере чтения обретают реальную плоть.
Создавая свой миф, автор виртуозно развенчивает мифы-стереотипы: о «новых русских», как хозяевах жизни, о деньгах, как высшей ценности — недаром четыре героя идут по страницам романа без гроша в кармане, по-библейски бессребреники, хотя они отнюдь не ангелы, не апостолы, но, право, какие это богатые и колоритные фигуры! Воистину это лучи света в темном царстве.
Роман оказался настолько же увлекательным и захватывающим по содержанию, насколько и оригинальным по форме, художественному исполнению и ярким по языку.
В данном произведении интригует буквально все: и неожиданные сюжетные ходы, и необычайный жанрово-стилистический симбиоз, и колоритные фигуры персонажей, и фейерверк словесной игры, и даже с некоторым буддистским оттенком — «Преодоление отсутствия…» — заголовок романа.
Ну а главный его герой — бывший научный сотрудник, сочинитель исторических романов, а в настоящем музейный работник, отправившийся в путешествие по таинственному подземелью, Дмитрий Мурлов — и вовсе кажется некой полумистической блуждающей звездой на необозримом небосклоне произведения. Хотя, если присмотреться, перед нами хорошо знакомый тип «лишнего человека», только уже в совершенно новых условиях, на рубеже двух тысячелетий, в расколовшемся, как зеркало, на мелкие куски современном мире. Отсюда «осколочная» композиция романа, где в каждом таком осколке отражена-преломлена — иной раз с кривизной, фантасмагорией, а то и сатирически-иронически — частичка нашего бытия.
Отправляя своих героев в долгий путь по причудливому лабиринту художнической фантазии, автор и сам совершает своеобразную экскурсию по различным жанрам: от романа-путешествия до романа-воспитания. И в каждом из них — будь то прекрасно выписанные картины детства главного героя, его любовные взаимоотношения или исторические сцены, — В. Ломов успешно доказывает свое литературное мастерство.
Но это не самоцельное доказывание. Вместе со своими героями автор стремится к преодолению бездуховности нынешнего бытия, стремится к нравственному совершенствованию. В этом, собственно, и заключены главные цель и смысл сделанной в сложном, многоплановом, разножанровом и разностилевом романе «Мурлов…» работы.
Не избежав здесь различных литературных влияний (от титанов Возрождения до Булгакова; и вообще, следует заметить, филологический контекст тут достаточно внушителен), немало переняв у предшественников, В. Ломов тем не менее сумел остаться самим собой.
В. Ломов проявляет тонкое чувство слова и глубокий психологизм в изображении характеров и реалий действительности.
Время в его произведениях — едва ли не главный фактор. Его герои живут и действуют во времени, каждый в своем времени, и одновременно в вечности, в непреходящем потоке жизни, даже когда они из этой жизни уходят. Это жизнеутверждающее мироощущение автора сказывается на всех его героях, делает их неординарными, своеобразными, интересными и по-настоящему живыми. Это же и создает систему отношений между персонажами, которая, интригуя, затягивая, увлекая читателя (при всей ее кажущейся познаваемости), создает романную структуру подлинно литературного произведения. А своеобразная стилистика это впечатление только усиливает. Читая Ломова — читаешь действительно роман, что крайне редко встречается в литературе последнего времени.
Ломов работает в жанре интеллектуального романа (в лучшем значении этого слова, и недаром в Новосибирском академгородке стояли «в очередь» за каждым очередным номером журнала, да и сегодня он нарасхват). Обширные энциклопедические знания и хорошее ориентирование в мировой литературе позволяют ему часто вступать в перекличку, в своеобразную полемику с лучшими образцами мировой литературы. А глубокое знание жизни и яркий талант жизнеописания позволяют интересно и своеобразно обыгрывать эти ситуации и выявлять жизнь во всей ее полноте. Он свободно ориентируется в литературном и в жизненном пространстве и умеет сказать свое и по-своему. В результате — он интересен для любого читателя.